green_bear: (Основной 2)
Империя Нового Рима вполне комфортно чувствует себя в седьмом тысячелетии Внеземной Эры. Холеные патриции пользуются всеми благами цивилизациями, самые богатые и высокородные нежатся на виллах, менее обеспеченные сражаются в легионах или служат в учреждениях. И никто никогда не смеет присваивать гражданам номера. Это участь плебеев, которым даже клички официально запрещены. Номера выполняют грязную и опасную работу, дохнут без медицинской помощи, влачат жалкое существование в контейнерах-домах трущоб или туннелях канализации. Или сбиваются в бандитские стаи, которые постоянно грызутся между собой и вскоре погибают во время полицейских облав.

В последние годы многие зарубежные подростковые романы (young adult) основаны на противопоставлении молодых бунтарей с тоталитарной системой, в котором отчаянная жажда свободы, любви и жизни сталкивается с бездушным контролем, законом и жестокостью правящего режима. Старт массовой моды на смесь антиутопии с романтикой и приключениями произошел после громкого успеха "Голодных игр" Коллинз. Попытки воспроизвести популярный шаблон в России по горячим следам закончились провалом, серия "Холодные игры" прожила ровно два романа. Однако в прошлом году "Эксмо" и "АСТ" запустили сразу две серии, "Революция NEXT" и "Дивный новый мир", состоящие из янг-эдалта отечественных авторов, более или менее соответствующего моде, но и достаточно оригинального, чтобы не повторить судьбу предшественника.

Поскольку стержневым мотивом в янг-эдалте стали мысли и чувства персонажей, которые отчаянно борются за любовь и выживание, то именно главные герои и становятся ключевым фактором, определяющим успех или провал книги. В дебютном романе "Меня зовут I-45" Веры Огневой опорой для сюжета послужат истории четверых героев. Номер I-45 родилась и выросла в Десятой курии, вдалеке от сытости и уюта. Облезлые контейнеры-дома с клопами и тараканами, почти полная слепота, смерть всех близких и заветная мечта о лучшей жизни. Может быть, даже своем имени. Она даже не подозревает, сколь жесток мир. И понятия не имеет, каким образом чувствует импульсы электронных приборов. А-206 по прозвищу Энцо. Марсианин и участник банды "псов". Бывший, как он надеется - но судьба охотно смеется над человеческими желаниями.

Если переплетение судеб Энцо и I-45 образует достаточно традиционную сюжетную линию, правда, только до финальных глав, то вторая пара героев выглядит оригинальнее. Луций Цецилий Авианий Марс, патриций, опытный декурион и упрямый служака, который борется с преступниками не ради карьеры или денег, даже не столько ради буквы закона, сколько из чувства долга и справедливости. И номер К-326-3 с позывным Бритва, служащая Управления и нюхач. Нагловатая и своенравная особа, любящая играть на чужих нервах и сидящая на препаратах, чтобы заглушить изматывающую боль от нейроимплантов. Как ни странно, они очень похожи, несмотря на различия. Но пока не знают об этом.

На фоне других романов из янг-эдалт серий дебют Огневой смотрится довольно симпатично. Как свидетельствует название, в угнетающей атмосфере нравов Нового Рима улавливаются отдаленные отголоски "Мы" Замятина - жесткий регламент для плебеев, синтетическая еда и готовность множить курии на других планетах. Будущее прорывается киберпанком — имплантами, улучшающими зрение, обоняние, работу мозга или мышц, а также биометаллическими конечностями с дополнительными возможностями. Крайне удачно пойман момент, который почти всегда остается за кадром - ответственность протагониста за воровства и убийства, совершенные во имя благой цели или ради мщения. Автор заставляет героиню лицом к лицу столкнуться с последствиями своих ошибок. Очень злыми последствиями. Впрочем, I-45 тоже не упустит возможности свершить возмездие.

Итог: отечественный янг-эдалт приключений в мрачном мире римской антиутопии с элементами киберпанка.

Моя оценка: 8/10

Купить в Лабиринте.

green_bear: (Основной 2)
Некогда Шахранская империя создавала космические корабли и владела четырьмя звездными системами. Империя продолжила бы расширяться и достигать новых научных и культурных высот, однако атака загадочного корабля разрушила ее, а осмысление подлинной сути корабля гениальным философом, поэтом и писателем Шрахром навсегда опрокинуло цивилизацию в глубочайший упадок. Прошло три столетия, созданное Землей Содружество охватывает двадцать девять звездных систем, и вот зловещий корабль возвращается. Он выходит победителем из первых схваток, играючи уничтожая военные корабли и игнорируя гражданские. Столкнувшись с опасным противником, Содружество отправляет в бой лучшие ударные силы - корабль класса "аутсайдер", на борту которого служит чрезвычайно необычный экипаж.

В дебютном романе "Вера" Джон Лав соединил триллер и военную космооперу на платформе "Моби Дика". Поэтому поединок "аутсайдера" под названием "Чарльз Мэнсон" с таинственной "Верой" выходит далеко за рамки типичного для фантастики космического боя. "Аутсайдеры" неслучайно получили такое название. Их экипажи формируются из социопатов и психопатов всех мастей, правда, описанные Лавом персонажи больше похожи на маргиналов или с искалеченной в детстве психикой, или отказывающихся соблюдать социальные нормы в приступах гордости и эгоизма. Иначе говоря, возьмите героев "Морских звезд" Уоттса, переместите их с глубоководной станции на борт ударного звездолета и получите команду "Чарльза Мэнсона". Именно им предстоит остановить загадочную и могущественную угрозу.

Образ "Веры" появляется в романе с первой главы и с каждой строкой обрастает множеством противоречивых и красочных метафор и эпитетов. Ее облик притягивает взгляд и завораживает, Ее поступки едва поддаются прогнозу и осмыслению, Ее манера боя смахивает на игру в кошки-мышки, но ракеты и лазеры "Мэнсона" способны наносить Ей вполне реальный и серьезный урон. Лав изобретает собственную метафизику, из которой варит галлюциногенный эликсир, открывающий новые горизонты у самых простых действий и превращающий события в туго закрученный клубок из неуверенности и озарений, страха и паранойи, уверенности и обреченности. Главную роль играет не обмен ракетами, но соперничество разумов - коммандера "Мэнсона" Фурда и загадочного экипажа "Веры".

Основная проблема романа заключается в сочетании двух вещей. Во-первых, Лав целенаправленно играет с читателем, начиная повествование издалека, регулярно делая пространные отступления. Проходит треть книги, прежде чем коммандер наконец поднимается на борт "Мэнсона", и "аутсайдер" стартует с планеты навстречу врагу. Автор постоянно нагнетает атмосферу, то и дело намекая, обещая, подсказывая, что постижение сути "Веры" станет кульминационным моментом всего произведения. Нам показывают картину деградировавшего общества шахран, которое откатилось до мемориальной стадии. Неоднократно герои рассуждают о целях и природе "Веры", вплотную подходя к... но всякий раз Лав останавливается и поднимает ставки. Однако, во-вторых, именно яркой кульминации в финале и не происходит. Хоть в приключенческом, хоть в психологически-личностном, хоть в философском планах. Поскольку выясняется, что автор уже давно озвучил разгадку, которая не оправдывает искусственной и затянутой игры с читателем, а остальное его не особо интересует. История Лава отлично улеглась бы в формат рассказа, хорошо - в формат повести. В романе же она превращается в банальную и затянутую перелицовку "Моби Дика" с ученическим замахом на глубокие философствования. Возможно, ситуацию бы улучшил иронический стиль, но к середине удачные черные шутки сходят на нет.

Итог: метафизическая смесь триллера и космооперы в мрачных красках социопатии.
Моя оценка: 7/10
green_bear: (Основной 2)
Как в свое время телевизор убил театр, а интернет - бумажные книги, так спустя десятилетия морфоскрипты похоронили всю индустрию развлечений, завоевав бесспорное и подавляющее первенство среди способов увлекательно провести время. Потребителю обеспечат хоть криминальный скрипт, хоть ураганный боевик, хоть познавательные путешествия, хоть сентиментальную романтику, хоть жесткую порнографию. Причем с полным эффектом соприсутствия и участия, включая интерактивный сюжет и взаимодействие с антуражем. Однако для создания качественного контента нужны специалисты, умеющие поймать зрителя на удочку любопытства, страсти или азарта, а затем аккуратно провести по реперным точкам и развилкам сюжетных линий. Одним из таких морфоскриптеров является Виктор Сигалов, заработавший себе имя среди профессионалов, но не крупную сумму на счете. Поэтому откликаясь на разные предложения, он периодически попадает в передряги. Но однажды ему выпадает редкостный шанс прикоснуться к чему-то большему, чем заурядный коммерческий проект.

Роман "В режиме бога" Евгения Прошкина можно отнести сразу к нескольким жанрам. От киберпанка взята расширенная виртуальная реальность, продвинутая кибернетика и прямой вызов системе. Из элементов социальной фантастики мы видим различные страты общества, неуклонно сползающего в эдем блаженного потребления, и холодную логику корпораций, которые уже давно поделили рынок и даже протесты заказываются ими же, чтобы полностью контролировать ситуацию. На поле производственного романа "В режиме бога" выходит благодаря подробно и красочно описанной профессиональной деятельности Виктора. Здесь и популярные схемы морфоскриптов, и типовые сюжетные приемы, крючки привлечения внимания, и корпоративные традиции. Кроме того, книга представляет собой добротный блокбастер, кинематографически зрелищный и остросюжетно динамичный. Прошкин с особым тщанием швыряет героя из переделки в переделку, маскирует морфоскрипты под реальность и наоборот, чтобы добиться максимального эффекта. Стремительный бег сквозь четко выстроенные эпизоды очень быстро погружает читателя в круговорот событий.

Однако ключевой мотив, который своеобразным саундтреком пронизывает произведение, это тема творчества и вдохновения, толкающих человека на созидание историй, виртуальной реальности, скрипта, наконец. Аналогичные вопросы поднимались в романе "Лабиринт отражений" Лукьяненко, где главный герой возвел в Диптауне целый дом и населил его выдуманными жильцами, каждому подарив свою историю. Прошкин идет чуть дальше и наделяет Виктора особой мечтой - сотворить точный дубль реального мира, Гиперскрипт, пусть даже самому герою это кажется несбыточной фантазией. Ведь если обычные морфоскрипты - это временный обман, в лучшем случае - профессионально выстроенная иллюзия, собранная из отдельных осколков, то Гиперскрипт должен быть идеальным отражением, учитывающим бесконечно большое число деталей и факторов. Это мощнейший и опаснейший инструмент, открывающий широчайшие возможности.

Особо стоит отметить ироничный стиль Прошкина, меняющийся от добродушной самоиронии до откровенно черного юмора. Удачно дополняют эффект вкрапления пост-модернистских шуток, с одной из которых начинается роман. "На стене висело ружье, в углу под нереально разросшимся фикусом стоял поцарапанный белый рояль". И выстрел не заставит себя долго ждать.

Итог: социальный роман о творческом человеке в мире, где почти стерта грань между реальностью и виртуальностью.
Моя оценка: 8/10
.
Книга в Лабиринте.
green_bear: (Основной 2)
Книга Роберта Беннетта "Город лестниц" начинается с малозначительного судебного заседания, а заканчивается решением, которое кардинально изменит судьбы Континента и Сайпура. Потому что нельзя строить будущее, не зная правды о прошлом. Потому что рано или поздно истина неизменно выходит наружу, обрушивая нагромождение искусственных и ложных представлений.

Несколько десятилетий назад Континентом владели шесть Божеств, возникшие в незапамятные времена. Олвос — принесшая свет, Колкан — судья, Вуртья — воительница, Аханас — сеятельница, Жугов — шутник и весельчак, Таалаврас — строитель. Древние и Небеснейшие, они безраздельно на протяжении многих веков правили своими народами. Заложили и возвели величественную столицу, Мирград, которая поражала гостей позолотой куполов, хрусталем фонарей и окон, белизной прекрасных зданий. Наконец, Божества благословили Великую Экспансию, в ходе которой близлежащие страны были безжалостно порабощены. А потом настал день, когда Божества были низвергнуты восставшими сайпурцами и загадочным вождем — каджем, когда реальность изменилась, вычеркивая магию из мира.

Убийство известного сайпурского историка и реформатора Ефрема Панъюя, который занимался исследованиями в архивах Мирграда, оказывается спусковым крючком для целой цепочки открытий и перемен. Прибывшая для расследования Шара Тивани — отнюдь не та, за кого себя выдает. Документы культурного посла — лишь маска для опытного агента Министерства иностранных дел, а также родственницы самого каджа. Уже много лет Шара выполняет тайные задания, выявляя и уничтожая следы чудесного. Ибо несмотря на Светские Установления и победу Сайпура, полностью магия не исчезла. Уже много лет Шара работает на Континенте, не имея возможности вернуться на родину. Бесконечные измены, убийства и ложь превратили ее из отчаянной патриотки в тоскующего циника и вольнодумца. Как нарочно расследование обнаруживает, что официальная версия истории слишком далека от истины. И вдобавок ее собственное прошлое властно напоминает о себе.

В англоязычных обзорах творчество Беннетта характеризуют, как атмосферное и таинственное, насыщенное элементами хоррора и сверхъестественного. Антураж Мирграда действительно получился весьма атмосферным. Ощущение тления и упадка бывшей столицы могущественного Континента. Пестрая смесь традиций разных народов, странные и сказочные истории о Божествах и их правлении. История увлекает исподволь, Беннетт умело заманивает читателя намеками и тайнами, чтобы затем провести по запутанным улочкам Мирграда. По детективным улочкам, ведь смерть Ефрема была выгодна множеству фракций и персон, а в Мирграде туго сплелся клубок политических, экономических, религиозных интриг. По социальным улочкам, ведь автор часто обращается к вопросу справедливости общественного устройства, разбирая и горделивых победителей — сайпурцев, и униженных, озлобленных проигравших — континентцев. По техномагическим улочкам, ведь не все чудеса покинули Мирград, а потому образовался необычный сплав традиций и суеверий. По мифологически-притчевым, ведь это история про отношения Божеств и людей, об ответственности и справедливости, о расплате и дальновидности. Порой история поворачивается жестокой и жуткой стороной, порой — романтической и лиричной. Каждому из героев — агенту Шаре Тивани, ее охраннику и секретарю Сигруду, бизнесмену Воханнесу Вотрову, губернатор полиса Мулагеш — предстоит оказаться на перекрестке. Оказаться и сделать решающий выбор. Выбор судьбы для себя — и всего мира.

Итог: атмосферное городское фэнтези, в котором сочетаются детективные, мифологические и социальные мотивы.
Моя оценка: 8/10
.
Купить в Лабиринте.
green_bear: (Основной 2)
Постсингулярное будущее научно-фантастической трилогии "Квантовый вор" Ханну Райаниеми выстроено по законам квантовой механики, криптографии и информатики, а также физики наноразмерных структур, однако автор заходит так далеко, что наука становится неотличима от магии. И образы создаются из мрака и сияния, плена и свободы, страхов и мечтаний. Соборность неутомимо стремится к Великой Всеобщей Цели, чтобы усмирить реальность и создать новую вселенную, где воскреснут все умершие. Тем не менее, Основатели параллельно плетут интриги, а кланы зоку ведут неясную игру.

Теперь вор Жан ле Фламбер отправляется на Землю, претерпевшую немалые изменения после Коллапса, чтобы исполнить приказание богини и отыскать ключ к разуму Основателя Чена. В земных пустынях бушуют яростные вихри дикого кода, зорко рыщут в поисках добычи дикие джины, похитители тел, и где-то там же таится загадочный Сад историй. Восточный антураж "Тысячи и одной ночи" прекрасно подходит к разворачивающимся во "Фрактальном принце" запутанным интригам, затерянным сокровищам и многочисленным историям. Историям о девушке, которая сумела полюбить монстров, и старце, который так любил жену, что отвернулся от дочери. Историям о мести и хитрости, о верности и предательстве, о борьбе против слуг Соборности и охоте муталибунов за гоголами, о полетах рух-птиц и нападениях зверей-химер.

Как обычно Райаниеми пишет крайне сложно, по-прежнему выдавая сведения малыми порциями, чтобы читатели самостоятельно собирали головоломный паззл, разбираясь в хитросплетениях далекого будущего. Ключевой момент, обыгрывающийся во "Фрактальном принце" еще больше, чем в "Квантовом воре", это дуализм разума и материи, который Соборность сводит лишь к информации, используя загрузку-оцифровку сознания с одной стороны и фабрикаторы на основе нанотехнологий — с другой. Однако, чтобы похитить разум Основателя, приходится изрядно постараться — проникнуть в малое Царство зоку, вступить в соревнование с гоголами других Основателей, обмануть джиннов и добраться до потерянного аль-Джанна Пушки. В свою очередь обитатели Сирра сплетают плоть с виртуальностью, создавая глубочайшую связь между человеком и его джинном-компаньоном. И у них тоже есть свой таинственный защитник и покровитель.

И вновь повествование сплетается из двух сюжетных линий. В первой вор Жан ле Фламбер, оортианская воительница Миели, корабль "Перхонен" и их хозяйка Пелегрини разыгрывают сложнейшую комбинацию, чтобы выжить в грядущей войне Основателей. Вторая же сюжетная линия, как и в "Квантовом воре", посвящена жителям, но на этот раз не Ублиетта, а Сирра, города на Осколках, последнего человеческого города на Земле. Сирра, где есть необычная женщина Таваддуд, которая носит в сознании часть разума Аксолотля, самого страшного джинна и Отца похитителей тел.

Итог: отличное сплетение постсингулярной-НФ и увлекательной авантюры.
Моя оценка: 9/10
.
Купить в Лабиринте.
green_bear: (Основной 2)
Спутник Ильматар, вращающийся вокруг массивного газового гиганта Укко, не представлял бы ни малейшего интереса для исследователей, если бы не разумная цивилизация, обитающая на дне двухкилометрового океана, залегающего под толстенным слоем льда. Человечество уверенно и всесторонне приступило бы к изучению биосферы и сотрудничеству с ильматарианами, если бы не могущественная цивилизация шоленов, которые потребовали, чтобы земляне никоим образом не контактировали с местным населением. Статус кво сохранялся бы довольно долго, если бы не самонадеянная выходка доктора Анри Керлека, подвизающегося на ниве массового научпопа, создавшая предпосылки для полноценного Контакта. Выходка, оказывающаяся камешком, который вскоре сорвет лавину.

Довольно любопытно, что в дебютном романе "Темное море" Джеймс Камбиас, закончивший университет по специальности "история науки" и занимающийся созданием настольных игр, обратился к научной фантастике, тонкостям ксенологии и проблемам контакта. Первой главой книги стал рассказ "Океан слепцов", опубликованный еще в 2004-ом году. Если проводить аналогии, то роман Камбиаса — это Питер Уоттс без гранитного хард-НФ и препарации социопатической психики или же Дэвид Брин без пространной публицистической философии. В результате получается переплетение приключенческой сюжетной линии с ксенологическими этюдами, которое сдобрено социальными ремарками и черным юмором.

Три различные цивилизации — три главных героя. Землянин Роб, сотрудник станции "Хитоде", специалист по подводным камерам и управлению беспилотниками. Абориген-ильматарианин, Широкохвост, землевладелец и любитель научных изысканий. А также представительница шоленов, Тижос, участница миссии, цель которой определить последствия инцидента на культуру ильматарианцев. Обстоятельства сведут их вместе, заставят найти общий язык и выбрать сторону в стремительно разгорающемся конфликте... Его причина банальна и печальна — политика. Несмотря на подавляющее научно-техническое превосходство цивилизация шоленов придерживается политики изоляционизма. В прошлом их раса неоднократно оказывалась на грани вымирания из-за войн, поэтому теперь они настороженно смотрят на молодые цивилизации, способные на экспансию. Инцидент оказывается лишь поводом, чтобы усилить давление на людей. Однако любое действие вызывает противодействие. В таком случае эскалация неизбежна.

Особо стоит отметить подробно продуманную и описанную цивилизацию ильматариан. Камбиас учитывает и географические особенности — поселения вокруг геотермальных донных источников, где трубопроводы перераспределяют тепло. И биологические — ильматариане общаются и ориентируются по данным эхолокации, поэтому краски подводного мира для них не существуют, зато они кодируют слова количеством постукиваний и обладают прелюбопытной лингво-арифметической системой. И социальные — каждая общественная группа придерживается выгодной именно для нее стратегии. Землевладельцы стараются контролировать арендаторов и подмастерий, ремесленники охотно поддерживают законы о равном распределении части рыбного улова, а бродячие разбойники внимательно выбирают уязвимые жертвы — малочисленные караваны и поселения. Древние развалины надежно хранят свои тайны — ведь с гибелью обитателей умирают и словарные системы, а без них эхогравюры превращаются в бессмысленный рельеф.

Затрагивая множество вопросов, Камбиас исподволь неоднократно возвращается к теме контакта и взаимопонимания, как внутри вида, так и между цивилизациями. Довольно забавно были отражены неожиданные последствия кардинальных различий в мировоззрении. Шолены уверены, что люди рациональны и строго соблюдают иерархии. Для ильматариан-землевладельцев священно понятие "дом". А людям чуждо Согласие шоленов — сочувственное единомыслие-компромисс, опирающееся на физиологию. Можно ли найти общий язык при столь глубоких различиях? И на чем он может быть основан — товариществе, науке или противостоянии?

Итог: добротная планетарная НФ с элементами приключений и ксенологии.
Моя оценка: 8/10
.
Купить в Лабиринте.
green_bear: (Основной 2)
Если на космическом корабле работает лишь аварийное питание, то дела, явно, обстоят паршиво. Если же электроснабжение отсутствует вовсе, а действуют лишь вспомогательные системы, имеющие автономные источники питания, то можно смело записывать себя в покойники. Экипаж бесследно исчез, компьютерные системы необратимо испорчены, а запасы энергии на нуле. Положение катастрофично и усугубляется тем, что помимо главного героя на борту корабля находятся только трое практикантов, свежеиспеченные военные, которые получили свои первые назначения и сразу на флагманский корабль эвагардской империи, но внезапно проснулись на судне ганрайской постройки. И завоевать их доверие, учитывая обстоятельства, будет нелегко.

Дебютный роман "Адмирал" Шона Дэнкера начинается довольно стандартно — резкое пробуждение главного героя, постепенное знакомство с окружением — но вскоре атмосфера неизвестности и постоянное ожидание некоей угрозы создают эффект полного присутствия, с головой увлекая читателя в стремительный бег наперегонки с запасами энергии, доступным кислородом, брикетами еды и другими опасностями, которые не заставят себя долго ждать. Автор уверенно собирает антураж из традиционно космооперных деталей, дополняя их некоторыми НФ-элементами. Темные и пустые коридоры мрачные уголки машинного зала сами по себе навевают беспокойство. Технологические люки, переплетения труб и неплотно закрытые кожухи и вовсе заставляют поминутно озираться, напряженно ожидая удара в спину.

Ситуация ухудшается из-за того, что среди персонажей единства нет и не предвидится. Грузовоз полон загадок, как связанных с исчезновением экипажа и поломкой систем, так и с особенностями содержимого в трюме, корабельного оборудования и оснащения. Ко всему прочему, главный герой явно многое скрывает от товарищей по несчастью. Но и те не спешат делиться своими секретами. Энсин Нилс, техник и специалист по компьютерным системам. Предпочитающий выполнять приказы и не любящий открытые конфликты. Лейтенант Дейлани, военный медик и биолог, чья настойчивость и подозрительность граничат с агрессивностью и паранойей. Рядовая Салмагард, специалист по переговорам — дипломат. Потомственная аристократка, которая по неясным причинам оказалась в роли обычного солдата. Слишком пестрая компания со слишком острыми углами характеров и подозрительными недомолвками. Искры гарантированы, как и набитые шишки.

Смешайте холодный триллер, головокружительную авантюру, осколки загадок и немного дозированного экшена. Заставьте героев бороться за выживание, но чуть ли не ежечасно усложняйте ситуацию, ломая предыдущие планы. Каждый раз, когда кажется, что картина сложилась, добавляйте новые загадки и нестыковки. А потом продемонстрируйте, что подсказки были давно сделаны, но оставались незамеченными. На выходе получится динамичная приключенческая история, где доминируют атмосфера и новизна ощущений, а в промежуточном финале аккуратно сводятся все сюжетные и смысловые линии. Масштабы вселенной позволяют автору спокойно продолжать цикл о вселенной, где эвагардская империя, основанная на передовой науке и власти вечной императрицы, враждует с ганрайским содружеством, которое управляется королями и уступает в техническом плане своему сопернику — империи. Пока что Эвагард одержал сокрушительную победу, уничтожив Ганрайскую столичную космостанцию вместе с правительством. Но что будет на следующем витке истории?

Итог: атмосферное и напряженное выживание в отсеках космического корабля.
Моя оценка: 8/10
.
Купить в Лабиринте.
green_bear: (Основной 2)
Ландшафт русскоязычной космической НФ в последние годы достаточно скуден, особенно в сравнении с западными горными массивами. Можно навскидку перебрать самые яркие и строго жанровые ориентиры: Глеб Гусаков и НФ-возрождение, Сергей Жарковский с "Я — Хобо", "Прикладное терраформирование" Эдуарда Катласа. При желании подтягиваем нестандартную ретрофантастику Петра Воробьева и военную космооперу Александра Воробьева. Поэтому дебютный роман "Роза и червь" Роберта Ибатуллина, учитывая грамотное информационное сопровождение, был изначально обречен на пристальное внимание знатоков и критиков, как благожелательное, так и предвзятое.

Первое, что бросается в глаза — автор уверенно и детально моделирует описываемые события, используя знания из различных областей физики, астрономии, математики, химии и даже биологии. Идет ли речь про бомбардировку Земли релятивистскими снарядами, работу антропофабрик внутри астероидов или принципы, на которых базируются тьюринги и нейроманты. Второе — Ибатуллин работает с цивилизационным размахом, описывая глобальные взаимодействия и процессы, эволюцию разума в масштабах вселенной, не ограничиваясь третьей от Солнца планетой и даже всей Солнечной системой, но при этом удерживается в рамках прагматических гипотез.

Начинается роман, как популярный зрелищный блокбастер — с впечатляющей картины уничтожения почти всей человеческой цивилизации. Целыми остались только орбитальные станции, лунные и марсианские базы, сохранившие и развившие высокие технологии. Однако Ибатуллин удержался от соблазна свести историю к постапокалиптическому боевику и ограничился отдельными экскурсиями по искалеченной Земле. Получилось панно из мечети Московской Богоматери, воровского кубла межкультурного Моста и офицеро-боярской Руссии. Однако основной сюжетный узел, в котором переплетается геополитическое противостояние Космофлота с дуэтом лунного Триумвирата и Марса, рискованная борьба человеческой цивилизации с загадочными и смертельно опасными аквилианами, внутренние интриги колонии Рианнон, попытка дочери овер-коммандера Зары Янг проявить себя талантливой руководительницей — этот узел располагается на базе Рианнон, вращающемся между орбитами Земли и Марса астероиде. Именно там разыграется активная половина партии между людьми и пришельцами. Вторая же — пассивная — развернется на Земле, где агенту Арлекину придется потрудиться, чтобы выжить среди бомбардировок, хаоса и варварства, а юному Саиду — чтобы выполнить задание звезды. Яркой, белой, немигающей.

К сожалению, "Розу и червь" нельзя назвать идеальным романом. И даже отличным — разве что с некоторой натяжкой. Скорее это экспериментальный образец со всеми сопутствующими зазорами, дефектами ручной обработки, погрешностями сборки и запоздалой подгонки деталей. Автор играет с формой подачи информации — пьесы, передачи, документы — но порой все равно не хватает увлекательности и сопричастности. Психологические портреты и отношения персонажей несколько специфичны, а объяснение появляется уже пост-фактум. Финал возникает резко, словно сорванный стоп-кран, и хотя Ибатуллин утверждает, что сюжет закончен — но читатели вполне справедливо ожидают, что стоило осветить и возможные осложнения. Однако роман потенциально ценен тем, что способен породить малосерийное производство, а то и целую НФ-нишу, прежде занятую зарубежной фантастикой. Нишу, где рассматривается место человечества в сложном системе-организме, объединяющем развитые цивилизации во вселенной.

Итог: добротное твердое НФ космического масштаба.
Моя оценка: 8/10
green_bear: (Основной 2)
Далеко не все отечественные писатели, дебютировавшие в фантастике и получившие известность в 90-ые годы, сохранили популярность и продолжают публиковаться в крупных издательствах. Однако Роман Злотников регулярно пополняет прилавки магазинов своими новинками, зачастую соавторскими и почти всегда принадлежащими к циклам. Одним из постоянных его соавторов стал Антон Корнилов, лишь недавно отметившийся сольным романом. Цикл "Урожденный дворянин" отчасти перекликается с "Рыцарями порогов", но в отличие от них описывает не фэнтезийную вселенную магии, эльфов и тварей, а почти идентичную нашей реальность.

Увы, порадовать своим романом Злотников может разве что самых упорных фанатов. Первая проблема "Рассвета" заключается в чудовищной идейной вторичности. Рассуждения о Долге, Чести, Законе и Совести — именно так, с большой буквы и непременным придыханием! — безусловно имеют право на жизнь, но не в том случае, когда пафосные монологи кочуют из цикла в цикл, из тома в том, из главы в главу и так до тех пор, пока читатели не вызубрят наизусть высокопарные речи героев. Вторая проблема связана тоже со вторичностью, но уже сюжетной, поскольку еще в романе "Виват императору" была описана утопическая схема выращивания новой элиты общества, сочетающей выдающие физические способности, высокий интеллект и моральную стойкость, далее эта схема кочевала по другим циклам, например: "Руигату", "Рыцарям порога". Но главная беда романа в другом.

Больше всего "Рассвет" похож на сочинение по заказу деструктивной секты, которое напичкано до краев экстрасенсорикой, восточными методиками и энергетической эзотерикой. За комплексом упражнений под названием "Столп Величия Духа" так и маячит "Сторожевая Башня". От постоянно повторяющихся догматов: "лишь практика есть мерило истины", "будь достоин" и "можешь — делай!" — удушающе тянет примитивнейшим НЛП, строго по стареньким методичкам, которые не использовал еще только ленивый. Если в том же "Виват Императору" особые способности прошедших обучение обосновывались действительно фантастическим допущением о наличии особой расы, тайно сосуществующей с людьми, а в фэнтезийных мирах присутствовала магия, то в данном цикле Злотников и Корнилов ударились в столь нарочитое подражание эзотерическим практикам, что собственно фантастики в книге почти не видно, если не считать таковой конспирологическую теорию о Хранителях, скрыто управляющих нашей цивилизацией.

Но что же предлагают читателям соавторы? Наверное, почти каждый время от времени сталкивается с агрессией, наглостью, алчностью людей, которые привыкли к безнаказанности в силу занимаемой должности или немалого состояния. Сталкивается и вынужденно отступает, поскольку против системы не пойдешь и проще отвернуться или выполнить требования, чем добиваться правды с риском для здоровья, кошелька и даже жизни. Соавторы бесхитростно давят на чувство справедливости, любовь к правде и честности, рисуя общество, где ложь, честолюбие и нажива исчезнут в принципе. Прекрасная затея! Но отчего-то в идеологии и методах Олега Трегрея, урожденного дворянина из другого мира, проскальзывают неоднозначные моменты. Например, перевоспитание народа Трегрей считает делом малоперспективным, предпочитая подготовку "новой элиты". А ведь Шварц не зря писал, что важнейшая работа — убивать дракона в людях, в каждом, пусть это занятие и хуже вышивания.

Говорить о персонажах не имеет особого смысла, поскольку это марионетки-функции, отыгрывающие шаблонные роли и отличающиеся лишь стилизацией речи и мыслей — под уличный жаргон, под блатняк, под архаичный говор и так далее. Сторонники Трегрея — лишенные сомнений, почти непогрешимые супермены. Противники — жадные и глупые взяточники, эгоисты и бандиты. Пожалуй, к достоинствам можно отнести лишь политическую сатиру на властные структуры и оппозиционные партии, в которой соавторы проходятся по всем типажам, живописуя особенности провинциальных нравов.

Итог: посредственная утопия, склеенная из эзотерики, политики и пафоса.
Моя оценка: 5/10

.
Купить в Лабиринте.
green_bear: (Основной 2)
Будущее по Грегу Игану в романе "Отчаяние" выглядит одновременно блестящим - благодаря передовым научно-техническим достижениям, широким открывающимся возможностям, но также и мрачным - ведь у каждого открытия или разработки есть оборотная сторона, способная нанести чудовищный ущерб при легкомысленном или злонамеренном использовании. И социальной стороне также уделяется немалое, а порой и наибольшее внимание. Программируемые фармблоки и работа с ДНК, появление новых гендеров, а именно асексуалов, у-/и-мужчин и у-/и-женщин, опустевшие небоскребы деловых кварталов, вездесущая Сеть и гигантские искусственные острова. Основной акцент, однако, делается на биотехнологиях - краткосрочном воскрешении, тонкой работе с мозгом, генерации уникальных лекарств и вакцин, управлении биоритмами и даже полной перезаписи ДНК с новыми основаниями. Казалось бы, поистине прекрасный Новый мир!..

История начинается, как производственный журналистский роман-расследование, причем первая часть служит своего рода введением-экскурсом в этот исподволь отчаивающийся мир. Экскурсом необходимым, чтобы создать представление о социальном и этическом устройстве общества, наглядно проиллюстрировать достижения биотехнологий. Журналист, работающий над документальными фильмами, отлично подходит, чтобы подать читателю массу насыщенных суховатой информацией лекций, диалогов и отступлений. Достаточно любопытно и показаны циничные реалии, сложившиеся в масс-медиа. Манипулирование мнениями зрителей, заведомое отсутствие взвешенности и объективности, спровоцированная поляризация общества. Однако, закончив очередную работу, Эндрю Уорт немедленно приступает к новой, посвященной гениальной ученой-физику Мосале, претендующей на создание Теории Всего, а потому ему придется совершить поездку.

Вот так Уорт и попадает в Безгосударство, где проходит Эйнштейновская конференция. Безгосударство - самый большой биоинженерный коралловый остров, на котором устанавливают правила, а также их отсутствие анархисты - это территория вне международных правил и законов, осажденная экономическим бойкотом и политическим давлением. Осажденная, поскольку создатели Безгосударства и их последователи принципиально не соблюдают патентов, нарушают международные законы, а также служат убедительной витриной неповиновения государственной власти и нон-конформизму. Судьба и борьба за выживание этого необычного социума также сыграет не последнюю роль в сюжете. Но основная интрига закручивается вокруг разработки Теории Всего, поскольку часть фанатичных исследователей уверены, что ее создание повлияет на объективную реальность, зафиксировав конкретные тонкие космологические параметры.

Отсюда проистекает слабость романа, делающая его уязвимым критике. В основу научной части Иган закладывает антропный принцип, утверждающий, что наблюдатель влияет на мировые константы и даже необходим, чтобы Вселенная обрела бытие. Подобные гипотезы являются более философскими и умозрительными, поэтому плохо стыкуются с твердой НФ. Также автор описывает сами версии Теории Всего и разницу между ними качественно, но зачастую использует слишком общие слова, больше похожие на наукоподобные подражания. Пожалуй, честнее было бы вывалить на читателя с пару десяток или даже сотен формул, чтобы при желании можно было проверить выкладки и поиграть с уравнениями. Третий же недостаток романа заключается в слишком специфичной культурно-социальной модели, которую продвигает Иган, где гендер партнера менее важен, чем душевная близость. Далеко не всем читателям будет симпатична утопия, которую проектирует автор, поэтапно создавая ее из диалогов, сводок и размышлений.

Итог: материалистическая утопия в формате журналистского расследования.
Моя оценка: 7/10
green_bear: (Основной 2)
Во втором томе "Сказаний Меекханского пограничья" Роберт Вегнер завершает обзор всех частей света, добавляя к уже созданному обрамлению из северных гор и южных пустынь — восточные степи и западное морское побережье. Вновь история сочетает в себе элементы различных жанров: и эпического фэнтези, и авантюрно-плутовского, и героико-приключенческого. Вводя новые сюжетные линии, Вегнер также не забывает про уже начатые, сплетая постепенно проступающий узор сложных и гигантских интриг, в которые окажутся вовлечены божественные силы, армии и спецслужбы империи, магические гильдии, а также множество простых смертных. Все явственнее ощущается предгрозовое затишье, по окончании которого даже война с се-кохландийцами покажется мелкой стычкой.

"Восток. Стрела и ветер"
Расстилая бескрайний степной ковер, автор совмещает пылкую эмоциональность "Юга" и военную будничность "Севера". Восток — это нависающая тень полчищ се-кохландийцев, вольные и отчаянные наемные отряды-чаарданы, пестрая смесь традиций, наречий и магических укладов, тонкое кружево судеб. Внутренний фокус четырех новелл связан с юной наемницей Кайлеан, а внешний, но не менее важный — с Генно Ласкольником, бывшим генералом Первой Конной армии, победителем в битве за Меекхан, а ныне командующим вольным чаарданом, который лишь на первый и поверхностный взгляд может показаться иррегулярной степной бандой.

Жизнь восточного пограничья трудно назвать легкой и беззаботной. Разбойные набеги здесь обычное дело, в Урочищах кишат твари, отверженные маги-Помётники творят ужасное, а по ту сторону границы сгущаются тучи. Се-кохландийский Отец Войны тяжело болен, поэтому в любой момент может начаться кровавая распря между его наследниками, которая захлестнет еще не забывшие о нашествии восточные и северные провинции Меекхана. Потому дипломаты плетут интриги, армия выставляет заслон из гвардейских и обычных полков, а Ласкольник и его чаардан берутся за самые рискованные и сложные задания. Берутся и действуют, как единое целое, ведь чаардан — больше чем дружба или братство — это вторая семья, воюющий род. Сражаются, опираясь на смекалку, расчет и стойкость и зная, что у них лучшие кони, каких можно купить за деньги, получить в битве или украсть.

"Запад. Кинжал и море"
Во времена расцвета и могущества Меекханской империи приморский город Понкее-Ла стал крупнейшим на побережье, а то и во всем цивилизованном мире. Но теперь имперские солдаты и чиновники отступили на восток, и потому множество сил мало-помалу пришло в движение — культы и верования, дворянские кланы и морские пираты, купцы и чародеи — каждый ищет выгоду, старается упрочить влияние. В теневых интригах льется кровь, лязгает сталь, отдает холодом и мраком колдовство. Умелому, дерзкому и везучему вору Альтсину придется сотворить невозможное, чтобы выжить, сохранить душу и сберечь родной город.

Если первая и вторая новеллы еще преимущественно выдержаны в авантюрно-плутовском стиле, когда главный герой получает задание, затем втягивается во все большие проблемы, решает их смекалкой и хитростью, а в итоге срывает некий куш — например, свою жизнь, то затем усиливается эпический размах в виде воспоминаний-флэшбеков о Войнах Богов. Столетия назад земля вставала дыбом, реки текли вспять, целые города в одночасье обращались в прах и пепел по воле божественных и демонических сущностей. Принимая заказ на поиски похищенной реликвии, Альтсин даже не подозревает, чем это обернется для него лично, для воровских гильдий и всего Понкее-Лаа. И чьи лица окажутся под общеизвестными масками, например, ясновидца и чудака?


В конце второго тома мы видим, что судьбы героев из "Севера", "Юга", "Востока" и "Запада" уже пересеклись, но общая картина складывается лишь частично, тем более что "Восток" просто неприлично обрывается на полуслове — впрочем, ударная концовка "Запада" отчасти искупает это. Приближается нечто страшное, чудовищное, гигантское. Беда, от которой не скрыться ни в дремучих лесах, ни в глубоких пещерах, ни в городских трущобах. Войны Богов едва не обезлюдили континент. Человеческая жизнь стоила меньше пыли. И призрак ужасного прошлого готов ожить. Кто встанет у него на пути? Хватит ли у простых смертных духа, чтобы выступить на равных с почти всесильными сущностями?

Итог: отличное фэнтези, объединяющее элементы эпика, героики и авантюры.
Моя оценка: 9/10
.
Книга в Лабиринте.
green_bear: (Основной 2)
Мария Галина относится к узкому кругу авторов, чьи книги неизменно получают долю внимания от критиков, литературоведов и членов номинационных комиссий, причем как мейнстримных, так и фантастических. Очередной ее роман - "Автохтоны" - достаточно хорошо отражает эту двойственность, позволяющую относить его и к реализму, и к городскому фэнтези, в зависимости от предпочтений и восприятия самого читателя. Сценой в повествовании служит небольшой городок в подбрюшье Европы, застывший между Западом и Востоком, прошлым и будущим, а потому желанный для любящих пестроту и загадки туристов. И в эту мешанину мифов, сплетен, недомолвок и шуток инкогнито прибывает непонятный незнакомец, интересующийся почти забытой театральной постановкой вековой давности.

Роман часто называют атмосферным, несмотря на неудовольствие писательницы, поскольку значительное внимание уделено извилистым городским улочкам и тихим уютным кофейням, пестрому круговороту веселья и кладбищенскому покою музеев. А стоит приблизить взор, как прорисовываются виньетки и абажуры, завязочки на папках, инкрустации на старинной мебели, чечевичная похлебка с табаско вместо кайенского перца и множество других мелких деталек, нюансов, уточнений, создающих ощущение соприсутствия. Здесь вскрывается первый конфликт - мира маленьких вещей-мелочей с миром больших вещей-идей. Первый, по Галиной, это и есть жизнь, он сохраняет и безопасен. Последний же съедает без остатка, губя расстрелами, переворотами, войнами и доносами.

Второй конфликт, упомянутый в самом начале рецензии, выявляется в противоречии между обыденным и волшебным, между реальностью и фантазией, между определенностью и возможностями. Достаточно сменить угол обзора, отринув стереотипы, чтобы красные огни телебашни превратились в пылающие глаза великана, но как быть, когда труднообъяснимые события происходят непрерывным потоком, и велик соблазн провалиться в бескрайний океан возможностей, где существуют саламандры и сильфы, где правят балом тайные общества, где завывают оборотни, шныряют в канализации тритоны и наблюдают через хрустальный шар загадочные пришельцы. Но можно ли доверять погрязшим в сплетнях старожилам, завзятым мистификаторам и пройдохам, странным и почти безумным личностям, которые путаются уверить главнго героя, а значит и читателя, то в избранности, то в наивности. Это подлинно скептический постмодернизм, когда любому событию находится соответствие из классического корпуса текстов - Уэллс, Чапек, Стивенсон и другие.

Можно довольно долго описывать грани "Автохтонов", то сосредотачиваясь на малых - еврейские блюда, легенды и каббалистика, ужасы первой половины двадцатого века, судьбы театральной богемы - то возвращаясь к большим - тонкому балансу между обыденностью и чудом, однако лучше всего характеризуется роман своей же метафорой - "шкатулка в шкатулке... волшебная шкатулка с огнями и музыкой внутри". Галина талантливо играет с читателем, прогуливаясь по улочкам Львова - прообраз города узнается без особого труда. Отчасти фальшивит диссонансная нота о борьбе с тиранами, вероятно актуальная для автора, но не для созданного ею пространства, недореального и недомагического. Вот эта незаконченность, неполнота и подтачивает книгу, вкупе с упрощающим ситуацию финалом и второй смазанной кульминацией. Впрочем, есть секрет - или нет - каждый читатель решит сам.

Итог: постмодернистский текст, сочетающий элементы магреализма и мейнстрима.
Моя оценка: 8/10
.
Книга в Лабиринте.
green_bear: (Основной 2)
К жанру социальной фантастики отечественные авторы обращались в последние годы не часто. Наверное, отчасти это связано с тем, что хороший социальный анализ, трезвый и непредвзятый прогноз заденут болевые точки самых разных политических фракций: от революционеров и либералов до консерваторов и государственников. Роман Сергея Галихина "Видения" является скорее антиутопией-предупреждением, чем радужной утопией, хотя окончательный мрачный смысл история обретает ближе к эпилогу.

Но есть и вторая сторона романа - киберпанковая, опять же неразрывно завязанная на социальный подтекст. Проект "Видения". Представьте себе мир, где каждый человек способен корректировать настройки своего зрения и восприятия, видоизменяя окружение под стать фантазии, желаниям и ситуации. Отдаленно знакомо? Превратить облезлую квартиру в шикарную виллу. Придать партнеру облик знаменитого актера. Замаскировать мусор и грязь на улицах. Сотворить красочное масштабное шоу в баре из одних только иллюзий. И многое другое.

Галихин раскручивает идею максимально глубоко, придумывая и раскрывая всевозможные способы по применению этой технологии в обозримом будущем от бытовых нужд до запросов спецслужб с опорой на отечественную специфику - в отличии от чем-то созвучного ему романа "Сфера" Дэйва Эггерса (рецензия), нюансы которого ближе и понятнее американским гражданам. И читатель самостоятельно решит, чего больше принесли "Видения" - пользы или вреда, позволив людям маскировать прекрасными иллюзиями мрачную или унылую реальность. Показательно, что роман относится скорее к "сытым" антиутопиям, где никто не загоняет население в бараки и не регламентирует каждый шаг или вздох. Контроль и ограничение осуществляются исподволь, мягко и аккуратно.

Стоит упомянуть, что автор рискованно выбрал вариант с почти полным отсутствием четкой сюжетной линии. Вместо этого получилась обширная галерея полуразрозненных социальных зарисовок с персонажами из самых разных слоев общества - менеджмент и программирование в различных сферах, строго следующий законам следователь, убежденные революционеры, крупные руководители и чиновники. Таким образом, прослеживается и эволюция общества, и последствия от внедрения и распространения "Видений".

Однако при таком подходе второстепенные персонажи возникают и тут же пропадают, повествование рассыпается на отдельные лоскутья и нити почти не связанных друг с другом историй, событий и судеб. Выглядит это, даже если автор хотел добиться жизненности и реализма, неряшливо и незаконченно. Потому лишь эпилог позволяет убедиться, что у автора была четкая концепция. Именно под занавес озвучивается идейный посыл-предостережение. Предостережение о Системе, которая сама себя создает на основе примитивных человеческих инстинктов - алчности, наглости, эгоизма - и сама же себя защищает. Защищает жестко и беспощадно. Не жалея упрямцев, сохранивших в глубине души веру в чудеса и надежду на справедливость.

Итог: сплав социальной фантастики и киберпанка.
Моя оценка: 8/10
.
Книга в Книме.
Книга в Лабиринте.
green_bear: (Основной 2)
Жила-была девочка, которую окружали тайны и загадки. Обитая в обширном дворцовом Саду, среди множества чудес и красот, засыпая под пение птиц, утоляя жажду из фонтанов, а голод сочными плодами с деревьев, она на протяжении нескольких лет незаметной тенью скользила по аллеям и пущам, поскольку молва считала ее демоном. Причиной столь суровому приговору послужили удивительные отметины — густые фиолетовые разводы на веках, напоминающие загадочный текст, убористым почерком нанесенный на кожу. До поры она избегала шумных компаний и чужого внимания, но однажды повстречала мальчика, который отринул страхи и попросил ее рассказать одну из сказок...

Дилогия "Сказки сироты" Кэтрин Валенте представляет собой уникальное явление как для зарубежной фантастики, так и отечественной. И дело не столько в мифопоэтической стилистике, поскольку в этой тематике работает достаточно авторов, которые используют фольклорные элементы и сказочные мотивы. Вместо привычных двух-трех-четырех сюжетных линий Валенте работает со вложенными историями, постоянно перескакивая от рассказчика к рассказчику. В результате читателю приходится самому собирать огромную мозаику со множеством действующих лиц, где один поступок может привести к непредвиденным последствиям спустя годы или через мгновение.

Жила-была девочка, которая рассказывала мальчику, сыну Султана, сказки. Она щедро рассыпала крохотные зерна историй, из которых разрастался пышный ковер повествования. В каждой следующей сказке проклевывались все новые и новые, прорастая друг в друга, переплетаясь и усложняясь, завораживая слушателя. Так, сказка о Принце и Гусыне перетекала в сказку Ведьмы, затем оборачивалась сказкой Бабушки, потом Лошадницы, чтобы вновь вернуться к Бабушке и продолжиться, пока не появится очередной рассказчик. Но истории лишь сперва напоминали нестройный хор, постепенно обретая четкий ритм и выверенную композицию. Пеструю, красочную...

Несмотря на то что Валенте активно обращается к фольклорному материалу, использует распространенные архетипы, каждый раз, когда возникает ощущение узнавания, Кэтрин находит оригинальное решение, конструируя самостоятельную, разветвленную и замысловатую мифологическую систему, где мирно уживаются отсылки к различным европейским и скандинавским, индусским и арабским, а также многим другим культурам. В книге отражаются башни волшебников и громады левиафанов, борьба светской и религиозных властей, легенды о безжалостном мщении, о преданности и верности, о любопытстве и гордости. Кроме того, авторский стиль богат на красочные, затейливые изощренные метафоры, которые не стоит воспринимать буквально. Валенте пишет не словами — эмоциями и ассоциациями, опираясь более на чувственное, а не рациональное восприятие.

Жила-была девочка, в историях которой обретали плоть и кровь великие герои и чудовища, возносились к небесам башни Миропомазанного благословенного Града Аль-а-Нур, слышался стук копыт Кобылы, ожеребившейся Звездами в Начале Мира, высились леса факельных деревьев и сверкали золотом гнезда Грифонов. Ее сказки охватили бескрайние степи и бурные моря, подарив мальчику редкое ощущение сопричастности увлекательным приключениям. Жестокость в историях идет рука об руку с милосердием и жертвенностью, клинок судьбы безжалостно обрезает жизненные нити одних персонажей и намертво связывает нити других. В историях, которые рассказывают про обретение мечты, о борьбе с роком и выполнении Подвигов.

Итог: фэнтезийно-сказочное красочное и затейливое мифопоэтическое полотно, сотканное из множества историй.
Моя оценка: 9/10
.
Книга в Лабиринте.
green_bear: (Основной 2)
Деньги, депрессия и дефицит ресурсов, вот три ключевые «Д», своего рода краеугольные камни, на которых Паоло Бачигалупи строит истории. Поиски банка семян, трущобы беженцев и глобальный энергетический кризис в «Заводной» (рецензия). Битва олигархических кланов за власть, будни мусорщиков и тот же ресурсный кризис в «Разрушителе кораблей» (отзыв). И «Водяной нож» – будущее юго-западных штатов США, в котором главной ценностью стала вода. Пересыхающие реки и колодцы, заилившиеся озера, умирающие поля – и отчаянная борьба за право наполнить трубопроводы водой из священной реки Колорадо.

Пока Калифорния неумолимо распространяет влияние вверх по течению, пока водяная Королева Вегаса, Кэтрин Кейс, хладнокровно и безжалостно устраняет конкурентов, соседний город Финикс балансирует на грани полного краха. Брошенные дома и наглеющие банды, песчаные бури и толпы беженцев из умершего Техаса, валяющиеся в пустых бассейнах трупы и яркие огни казино. Хэш-теги заметок обосновавшейся в городе Люси Монро, журналистки с Пулитцеровской премией, красноречивы: #ПорноКоллапса, #ФиниксСливается. Когда её приятеля-инженера жестоко убивают, она воспринимает это, как личный вызов и веский повод начать войну со всеми, кто наживается на вездесущей разрухе.

Мария, беженка из Техаса, знает о нужде не понаслышке, едва выживая среди почуявших безнаказанность бандитов, беспринципных сутенеров и озлобленных нищих. Каждый день – будто пробежка по минному полю или заплыв среди стаи пираний. Неверный шаг – мгновенно окажешься с переломанными костями в канаве или станешь ужином для гиен. А вот Анхель, верный пес водяной Королевы Кейс и ее беспощадный водяной нож, смотрит на жизнь хладнокровно и уверенно. И без колебаний отправляется в Финикс, чтобы выяснить, почему паникует местный агент его хозяйки, с которым они прежде сражались плечом к плечу.

Бачигалупи пишет традиционно цинично, не пренебрегает чернухой, но не делает её основной целью или идеей. В мире, где вымирают целые штаты, трудно промолчать о беспределе и пытках, проституции и наркотиках, если хочешь реалистично обрисовать масштабы катастрофы и глубины падения человеческой морали. Но живописуя хроники апокалипсиса, Бачигалупи пристально рассматривает мотивации и стратегии поведения людей, когда побеждает тот, кто верно предугадывает будущие правила игры. Побеждает тот, кто жестко прокладывает путь или же гибко уклоняется от врагов. Но кем он окажется – дьяволом или святым? И кто будет оценивать его поступки?

Итог: жесткая смесь апокалипсиса, экшена и детектива.
Моя оценка: 8/10
.
Впервые сжатая версия рецензии была опубликована в журнале «Если 2016'2».
.
Книга в Лабиринте.
green_bear: (Основной 2)
Хвергельмир жесток и беспощаден к людям. Тролли, порождения Железного леса, днем подстерегают путников, а ночью безнаказанно разгуливают по Вормсу, городу-всех-дорог. Если же луна стоит высоко, то над его улицами и домами серебрятся призрачные очертания Лунного города, опасной ловушки для припозднившегося прохожего. Но именно в этот край тропа ведет Игоря Глаз дракона и Олега Фойрига. Профессионального ретурнера и отца застрявшего в игре ребенка.

Это было лишь вопросом времени, когда в современной генерации ЛитРПГ появится роман, выходящий за пределы типовой ниши, сформированной циклами Руса, Маханенко и Михайлова. Завязка "Хардкора" Венгловского похожа на сплав идей из японского ранобэ "SAO" Кавахары и знаменитого "Лабиринта отражений" Лукьяненко — с одной стороны, в наличии смертельно опасная, находящаяся в пространстве Чендлера — особой квантовой области — игра с отключенной кнопкой выхода, а с другой — герой, который обладает редкой способностью "выводить" зависших в квантово-виртуальном пространстве игроков. Из повторившихся мелочей можно отметить и архетипичный образ Черного Хакера, и преследующий пользователей психоз, перемешивающий реальность и виртуальность. Однако на этом сходство почти исчерпывается, поскольку Венгловский развивает сюжет в ином направлении, предлагая оригинальный взгляд на старые стартовые условия.

Обычно в ЛитРПГ герой-игрок старается с головой погрузиться в виртуальный мир, но в "Хардкоре" напротив — Игорю приходится прилагать значительные усилия, чтобы удержать дистанцию с фэнтезийным антуражем и активным окружением. Игра не просто сочиняет легенды для пользователей — она на ходу конструирует, сплетает, формирует героям воспоминания и переживания, которые постепенно вытесняют из памяти реальный мир. Никаких справочных описаний — атмосферные обрывки прошлого, ожесточенные схватки, проникновенные беседы, простые и саднящие трагедии — они сами всплывают из памяти в нужный момент, окончательно вплетая сознание игрока в виртуальную реальность, делая его неотъемлемой частью Хвергельмира. Например, опытным охотником, покинувшим ледяные равнины и морское побережье, чтобы заглушить тоску о погибшей возлюбленной. Или беглым советником маркграфа и магом-самоучкой, спасающимся от погони на краю света.

Однако Игорь и Олег далеко не единственные игроки, оказавшиеся в Хвергельмире. Кто-то оказался наивен или самонадеян, решив, что пространством Чендлера его не напугать. Кто-то осознанно сбежал от проблем в реальном мире. А кто-то пришел сюда, чтобы упиваться властью и вседозволенностью. И еще есть странный и загадочный Вот, который говорит стихами, дает советы и ведет свою неведомую игру. Игру, чьи хитросплетения протянутся от Призрачного леса с руинами Абеларда — города техномагов, через зловещий Вормс и приморский Грьёдт к пропасти Гиннунгагап.

В отличие от типовых современных ЛитРПГ, в "Хардкоре" системные сообщения лишь изредка всплывают на заднем плане, а геймплей гармонично связан с антуражем — без акцента на логах и числовых параметрах. Пожалуй, единственный недочет — резко ускорившийся темп событий в последней трети романа, когда история покатилась по рельсам стандартного квеста. Впрочем, финал все равно получился ярким и неожиданным. Основная сюжетная линия "Хардкора" завершена — однако созданный Венгловским мир с квантумами и пространством Чендлера достаточно многообразен и загадочен, чтобы вернуться к нему в новых историях.

Итог: отличное атмосферное приключение на грани игры и реальности.
Моя оценка: 8/10
.
Книга в Лабиринте.
green_bear: (Основной 2)
Несмотря на кажущуюся простоту задачи, довольно трудно определить жанр "Сказаний Меекханского пограничья", по крайней мере, первой книги, под обложкой которой находятся сборники "Север" и "Юг", каждый состоящий из четырех новелл. В пользу эпического фэнтези говорит масштаб, обрамляющих основной сюжет событий и декораций. Просторы Меекханской империи, войны богов вековой давности, интриги спецслужб. Однако внимание, с которым Роберт Вегнер следит за судьбами главных героев, их приключениями и становлением, позволяет отнести книгу к героическому фэнтези. В то же время жестокая суровость местных нравов и обычаев может быть приписана и темному фэнтези. А ведь есть еще предпосылки к развернутой и сложной мифологической сюжетной линии... Поэтому начать рецензию стоит с того, чем она обычно заканчивается, — с резюме: перед нами отличное фэнтези, претендент на звание "Книги Года ФЛ", в котором сочетается война, магия, месть, страсть, взросление и даже отчасти детектив.

"Север. Топор и скала"
Суровый горный край, уже несколько веков, как поглощенный Меекханом, полон опасностей и неожиданностей. Среди покрытых вечным льдом вершин и узких троп, крошечных долин и коварных ледников, очень легко найти свою смерть, безвестную и глупую. Чтобы выживать и побеждать в тяжелых условиях, нужно обладать звериным чутьем и выносливостью, наблюдательностью и смекалкой, то есть теми качествами, что присущи Горной Страже. Ее солдаты зачастую выглядят страшнее, чем банда головорезов, знают каждую тропинку и примету, прекрасно владеют оружием, способны делать длинные и напряженные переходы, наводя страх на противников.

Забот и проблем Горной Страже хватает. То нужно отыскать обезумевший клан горцев, возглавляемый, вероятно, чародеем-самородком. То попадется занятный шпион с дерзким языком, то командование отправит сопровождать чрезвычайно рискованную, но и важную дипломатическую миссию, то из глухой рыбачьей деревеньки придет слух о бойне. Поэтому лейтенанту недавно образованной шестой роты, Кеннету-лив-Даравиту, придется изрядно попотеть, чтобы выйти победителем из запутанных историй, где на каждом шагу таятся неприятные сюрпризы, где приходится иметь дело с шаманами ахери и дикими горцами, имперскими дипломатами и безумными канибалами — причем еще не ясно, кто опаснее. Ведь даже своим имперцам не всегда можно доверять.

"Юг. Меч и жар"
Под знойными лучами солнца распростерлась гигантская пустыня Травахен, отделенная от владений империи горами, где живут загадочные и странные племена народа иссарам. Все четыре новеллы так или иначе вращаются вокруг юного иссара Йатеха, талантливого воина, который однажды сошел с гор и нанялся к меекханскому купцу, Аэрину-кер-Ноэлю, торгующему с племенем д'йахирров. В отличие от более прямолинейных и рубленых рассказов предыдущего сборника, южные истории вьются подобно змеям. Вегнер свивает линии прошлого и настоящего, умело работая с флэшбеками и диалогами, чтобы напряжение неуклонно возрастало до кульминационной точки.

Это история о странном народе иссар, чья память охватывает три с половиной тысячелетия, включая Войну богов. Чьи традиции внушают оторопь и ужас своей витиеватой утонченной строгостью. Чьи отношения с империей надолго отравлены взаимным истреблением, ибо вероломно пролитая кровь размыкает надежнее всего. Но также это драматичная история юноши, который ищет себя, свое подлинное место и цель в этом мире. Но узнает лишь горькую и очевидную истину, что мы те, кто мы есть. И чтобы узнать себя до конца, отправится к Скорпионьей Мельнице...


Если северная половина книги напоминает цикл Кука "Черный отряд" и отчасти северян Аберкромби, сочетая скуповатые упоминания магии, грубые и суровые нравы, описания походного быта и отношений между офицерами роты, то южная уже в большей степени уникальна, разве что в четвертой новелле повеяло Сапковским, когда речь зашла об интригах спецслужб, а сюжет свился клубком ядовитых змей. На протяжении всех рассказов Вегнер исподволь сообщает детали мироустройства, историю империи и сопредельных племен, законы магии и богов. Можно лишь гадать, как в будущем сойдутся сюжетные линии главных героев, но уже сейчас видно, что история будет впечатляющей.

Итог: отличное фэнтези, объединяющее элементы эпика, героики и дарка.
Моя оценка: 9/10
.
Книга в Лабиринте.
green_bear: (Основной 2)
Хотя "Северный удел", первый роман в издательской серии "Темное фэнтези", и является дебютным, его автора трудно назвать новичком. Ведь перу Андрея Кокоулина принадлежат десятки рассказов, в том числе занимавших призовые места на сетевых литературных конкурсах. Тем интереснее посмотреть, насколько удался переход от малой формы к крупной, справиться с которым удается далеко не всем. Империя, которая привольно раскинулась от Полонии до Сибирского Края, от южных предгорий до северной тундры, похожа на альтернативную Российскую на рубеже 19 и 20 веков. Почтовые станции и телеграф, поместья и крепостные, конные жандармы и шарабан, грохочущий по бревенчатому мосту. И все казалось бы знакомо, но есть одно обстоятельство, в корне меняющее положение вещей. Цветная кровь. Кровь, подаренная семи главным фамилиям в Ночь Падения, когда разделилась Благодать...

...Кровь — это сила и власть. Носители высокой крови могут подчинить, скрутить десятки низших простолюдин. Могут оживить гомункулюса, видеть сквозь препятствия или отправить весточку, отвести глаза или просто убить. Кровь императора и вовсе полностью подчиняет даже высококровных, давит на плечи, требуя неукоснительного послушания. Построенная на дарованных высокой кровью способностях империя некогда грезила о владениях от океана до океана, однако со временем кровь начала вырождаться. Слабеют силы, уже не скрутить сотню и даже полсотни низкокровных, способности блекнут, а таланты некому развивать. В западных краях вспыхивают восстания и плетет заговоры Орден Мефисто, а в кругах молодежи бродят идеи о равенстве и братстве. Империя иссыхает, истощается, теряет былую силу и волю — кто знает, во благо или на беду? Но в этот момент неизвестные убийцы открывают охоту на членов высших фамилий. Ради мести, из ненависти или заговора? Выяснить ответ предстоит Бастелю Кольваро.

...Кровь — это память и знания. Прошло пятнадцать тысяч лет с тех пор, как произошло разделение по крови. Забыты древние языки, утрачены рукописи и трактаты, истина рассеялась в сказках и легендах. И даже кровь безмолствует... Занимаясь расследованием, Бастель будет постоянно сталкиваться с лакунами, забывчивостью и нехваткой времени. Пустая кровь — вынырнувшая из ниоткуда — оборачивается бездной, из которой нет возврата. Ей нет, а точнее почти нет, противодействия. Заговорщики же вновь и вновь оказываются на шаг впереди, предугадывая ходы следователей и полицейских. Как будто это бой с тенью — или с пустотой.

...Кровь — это честь и доблесть. Пусть далеко не все носители высокой крови достойно служат отечеству и проявляют заботу к своим подопечным, но Кольваро всегда выполняли долг и становились на защиту. На защиту правды, на защиту близких, на защиту императора. Но хватит ли сил Бастеля и его немногочисленных соратников? И здесь проступает, пожалуй, ключевой эмоциональный мотив романа — мотив близящегося отчаяния, безысходности, ощущения краха. Высокие фамилии разлагаются, погрязнув в лени, эгоизме, трусости и алчности. Еще пара поколений — и первое восстание играючи сметет их. Ослабевает высокая кровь, угасают способности и силы. Магия вытекает по капле, медленно и неумолимо, приближая закат эпохи. И неизбежно возникает вопрос — а стоит ли защищать такую империю, стоит ли сражаться и жертвовать всем, что дорого? Вопрос, который заставляет выбирать между старым злом и новым. Между древним предательством и свежими смертями. И отвечает на этот вопрос долг, впечатанный в кровь.

Итог: трагическая детективная история, пропитанная кровавой магией.
Моя оценка: 8/10
green_bear: (Основной 2)
Согласно результатам последних научных исследований предполагается, что количество землеподобных планет должно быть весьма большим. Тем актуальнее становится парадокс Ферми, в котором подчеркивается противоречие между высокой вероятностью возникновения разумной жизни и отсутствием каких-либо сигналов от иных цивилизаций. В романе "Бытие", вышедшем после почти десятилетнего молчания, Дэвид Брин предлагает достаточно изящный и оригинальный ответ, одновременно делая футурологический прогноз и занимаясь философскими размышлениями о будущем человеческой расы, опасностях на пути прогресса и хронических социальных проблемах.

Брин широкими мазками набрасывает картину обозримого будущего, в котором человечество пережило ряд кризисов, сплотилось заключением Великого Договора, который узаконил сословия, погрузилось в слои виртуальной реальности и впервые приняло послание от инопланетных цивилизаций. Послание, способное открыть новые горизонты или уничтожить привычный мир. Автор скрупулезно конструирует обыденность будущего глазами космонавта, семей аристократов и мусорщиков, через умные очки журналистки и знаменитого писателя. Многослойная виртуальная реальность оказывается превосходной площадкой для вездесущих масс-медиа, которые играют важную роль и для мира, и для сюжета, и для самого Брина.

Вездесущая связь плотной сетью окутала планету, позволяя людям координировать свои действия — весьма любопытна модель "умной толпы", которая самоорганизуется, усложняется и способна решать более трудные задачи, чем одна-две личности; позволяя быть в курсе новостей и быстро обучаться. Но с другой стороны, открывается широкий простор для манипулирования общественным мнением и вредоносных воздействий на сеть, которые распространяются в мгновение ока. Отсюда вытекает следующая проблема — наступает эпоха дилетантов, поскольку базовые знания общедоступны, а чтобы превзойти энтузиастов-любителей, надо быть великолепным профи. И опять же есть обратная сторона — поверхностность знаний, рассеянность и рассредоточенность, доходящие до патологии.

Вот так красной нитью через роман проходит мысль, что человечество движется по минному полю Бытия, постоянно скользя между крайностями и едва избегая роковых ошибок. Человечество движется почти вслепую, зачастую не имея достаточных сведений, опираясь на сдерживающий чувственные порывы многовековой опыт и жажду знаний, толкающую к новым открытиям. Мимо экологических и климатических катаклизмов, избегая глобальных войн с атомным и бактериологическим оружием, без самоубийственного религиозного или политического радикализма, защищаясь от нанотехнологической катастрофы или бунта ИИ, не попадая под астероидную бомбардировку, наконец. C такой точки зрения наша цивилизация предстает крайне хрупкой и уязвимой, балансирующей на лезвии энтропии. Остановка, по мнению Брина, означает смерть, но и необдуманная спешка опасна, поэтому важно находить компромисс и прислушиваться к голосу разума.

Стремясь охватить, как можно больше социальных и философских идей, научных гипотез о развитии инопланетной жизни и будущем человечества, Брин поначалу воздвигает довольно гармоничное и сложное здание, которое сложено из фрагментов выдуманных книг, стилизованных интервью и монологов, историй многочисленных персонажей. Но затем желание поделиться мыслями играет злую шутку с автором, разваливая здание текста. Сюжетные линии рвутся на полуслове, событийные кульминации пропускаются — чтобы в следующей части дать краткое содержание случившегося за прошедшие годы. Из художественного произведения роман постепенно дрейфует к футурологическим эссе и утопическим гипотезам, что особенно ярко проявляется в последней части, где события происходят в некоем квантово-фрактальном пространстве. Любовь к манифестам свойственна умной научной фантастике и здесь скорее вредит, чем заставляет прислушаться к вопросам автора.

Итог: добротная футурологическая философско-социальная фантастика с элементами эссе.
Моя оценка: 8/10
green_bear: (Основной 2)
Несмотря на тернистую судьбу книжного стимпанка в России, досадные провалы в продаже многих романов и циклов как переводных, так и отечественных, произведения на стыке фэнтези, детектива и стимпанка чувствуют себя довольно комфортно. Таким был "Пересмешник" Пехова, уже успевший послужить источником вдохновения для некоторых молодых авторов. В "Сиятельном", первом романе одноименной дилогии, Павел Корнев взял эти же составляющие, но собрал другую конструкцию, более альтернативно-историческую.

Улицы Нового Вавилона полны неожиданностей, под гудки паровиков и грохот подземки, среди толчеи, под тучами смога и тушами дирижаблей, поверх двухтысячелетних фундаментов и катакомб вьются сюжетные ниточки. Вьются, охватывая иудейские банки и полицейское управление, затхлые трущобы и китайские кварталы, богемные заведения и даже древний амфитеатр. Эпоха правления Падших - созданий, обладавших неземным могуществом - закончилось в Ночь титановых ножей, когда наука обогнала сверхъестественные возможности и нанесла упреждающий удар чересчур много возомнившим о себе повелителям. И теперь Империя жесткой рукой правит значительной частью мира, а пар и всеблагое электричество служат ей в этом незаменимыми инструментами.

История детектива-констебля Леопольда Орсо достаточно запутана и витиевата. Корнев постоянно переплетает сюжетные линии, то рассказывая о служебных делах, то перескакивая на дружеские просьбы, то выдергивая из небытия тени прошлого и фамильные скелеты, то погружаясь в шпионские интриги. Динамика событий потрясает отточенностью сюжетного механизма. Одно расследование тут же сменяется другим, тупик по розыскам перекрывается прорывом в ином направлении. Невинная просьба приятеля оборачивается неожиданным открытием. А финансовые проблемы с алчным и лживым дядюшкой могут получить далеко идущие последствия. Леопольду приходится постоянно быть начеку, ежедневно выбираться из очередных проблем, крутиться вьюном, чтобы сохранить шкуру и свободу.

Все три вышеупомянутые составляющие играют немаловажную роль в антураже и сюжете. Фэнтези - спустившиеся с небес Падшие, чья кровь подарила избранным особые способности. Умение различать ложь, подавление чужой воли или... талант чуять и раздувать страхи, как у Леопольда Орсо. Помимо бывших властителей есть малефики, вампиры и оборотни. А также инфернальные создания - демоны, суккубы и прочие твари из преисподней. Детектив - множество загадок в прошлом и настоящем Леопольда, который с поистине редкостной удаче увязает все глубже в основном расследовании, которое начинается с невероятно дерзкого налета на банк, и попутных проблемах, которые регулярно выныривают из будничной суеты. И наконец стимпанк - умело встроенный в декорации альтернативной истории начала двадцатого века. Истории, в которой европейские державы выступают единым фронтом против Египта, Китая и Ацтеков. Истории, где христианство строжайше запрещено за мистицизм. Где тарахтят пороховые двигатели, искрят электрические банки, а оборотни плохо переносят урановую начинку пуль.

В первом романе цикла "Всеблагое электричество" автор скорее набрасывает фон для основной линии сюжета, знакомит с историей мира, щедро рассыпает известные фамилии, развешивает множество ружей. Наряду с главным расследованием Леопольд разбирается еще с кое-какими делишками, в которых более полно и красочно проявляются особенности Нового Вавилона. И если уж речь пошла о ружьях - то надо отметить, что Корнев активно оставляет мелкие подсказки и намеки, чтобы совершенно внезапно вернуться к ним. Поэтому не стоит выпускать из вида газетные заголовки или досужие сплетни. Ведь мир Нового Вавилона и всеблагого электричества получился живым, зримым и ощутимым.

Итог: динамичный и увлекательный авантюрно-детективный роман.
Моя оценка: 9/10

April 2017

S M T W T F S
      1
2 3 456 78
9 101112131415
16171819202122
2324 2526272829
30      

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 22nd, 2017 10:36 pm
Powered by Dreamwidth Studios